Духовные россыпи на берегах Цны, или Сказание о Николо-Чернеевом монастыре

12 июля 2019
поделиться

Матвеева пустынь

Подобных обителей в те давние времена возникало множество, располагались они по границам русского государства на путях продвижения веры Христовой, на территориях обитания иноверцев и язычников. Место на правом берегу реки Цны «густыми лесы осеняемо», по меркам XVI века далеко отстоящее от города Шацка, было не просто уединённое, а глухое, укрытое непроходимыми чащами, но и как нельзя более подходило для духовных подвигов. 

В этих угрюмых, таинственных, непроходимых «чёрных» лесах поселился донской казак по имени Матвей. Лет по «тем временам ему было уже немало», служение военное сменил он на служение Богу. Умное и сердечное отношение к мордве, скромная и строгая жизнь привлекли к старцу внимание.

Отшельнический скит стал превращаться в монастырь, а его строитель старец Матвей, «дыша ревностию к распространению веры Христовой между идолопоклонниками», сумел окрестить до двадцати пяти человек жён и детей мордвы.

В 1573 году Рязанским епископом посвящён был казак Матвей в сан иеромонаха и назначен устроителем и руководителем новой обители, которая до 1816 года называлась Рождество-Богородицкой Матвеевой пустынью.

Под защитой царя…

Мстила «некрещёная мордва» монастырю, разорила пчельник, грабила, угрожала сжечь обитель. Защитником монастыря выступил царь Иоанн Васильевич Грозный. В 1594 году повелел государь: «от мордвы и сторонних людей и от всяких обид их чёрного попа Матвея с братией тебе, Юрке, беречь, и монастырю бы Николину ни от кого, ни в чём бы пакости не было, и нам бы Царю впредь про то жалобою челом никто не бил. И кто по тебе Юрке Дурновом иные, а не ты Юрка, на приказе в Мещоре будут, и те приказные, по той же нашей царской грамоте, попа Матвея с братию с монастырём Николы Чудотворца берегут».

…и небесного покровителя

Таким образом, монастырь получил и защиту, и возможность развиваться. Небесным покровителем монастыря стал Николай Чудотворец, один из самых любимых на Руси святых. Обитель называли казачьей, в её строительстве принимало деятельное участие Донское войско. Как и во многих иноческих обителях, здесь предусматривалось устроение странноприимного дома для престарелых и больных лиц: среди монастырской братии было много казаков-ветеранов, участников походов и войн. Строгие законы, жёсткая дисциплина, удалённость от столичного шума и двора с его бесчисленными интригами и бесконечной борьбой за власть способствовали тому, что монастырь мог стать в ряде случаев местом ссылки неугодных и неудобных лиц. Существует предание, что в XVII веке пребывавший в обители монах Сильвестр, был не кем иным, как писателем, учёным, автором ряда богословских сочинений Симеоном Медведевым, вольным или невольным участником интриг царевны Софьи в борьбе за русский престол.

Диво дивное

Никогда раньше судьба не забрасывала меня в эти края. Поэтому когда представилась возможность – увидеть своими глазами эту обитель, долго не раздумывала, и вместе с коллегами из издательского дома мы отправились в путь.

Удивительно, но информации об этом месте нашла мало, и в том числе один давний видеосюжет, отснятый туристами-водниками. Скупые кадры видеофильма запечатлели обшарпанные полуразрушенные стены и строения, очень невыразительно смотрящиеся руины некогда былого величия, оставлявшие впечатление горького разочарования и сердечной боли от безвозвратно утерянного.

Переправившись по старинному понтонному мосту через реку, на невысоком пригорке мы увидели цель нашего путешествия. Изумлению не было предела: за квадратом добротно выполненных стен с башнями по углам возникло чудо-чудное и диво-дивное – небольшой, почти что игрушечный монастырь, устремлённый золотыми крестами на куполах к васильковым небесам (а в тот день небеса как раз и сияли удивительно глубоким синим цветом).

Расположена обитель, как говорили в старину, «видно». Русские монастыри и церкви действительно поставлены всегда с математической точностью.

Никольский храм

При входе на территорию монастыря взору открываются два красивейших здания. Одно из них – каменный соборный Никольский храм, отстроенный в 1738-1751 годах на месте одноимённого деревянного. Храм освящён в 1756 году и имеет два престола – в честь Святителя Николая Чудотворца и Рождества Пресвятой Богородицы. Он отреставрирован и живёт своей особенной духовной жизнью. Внутренний храмовый зал очень редкостной формы - одностолпный, своды его лежат на одной-единственной колонне и выполнены по образцу царской Грановитой палаты Московского Кремля. Никольский храм считается холодным, так раньше именовались летние церкви. В самые знойные дни в нём прохладно и легко. Входящих встречает Святитель Николай Чудотворец, бронзовая фигура которого в полный рост размещается у центральной колонны храмового зала.

С высоты птичьего полёта

В 1838 году рядом с собором сооружается двухэтажный храм, нижний этаж во имя Архистратига Михаила, верхний – во славу Казанской иконы Богоматери. Само здание, крыша которого лежит на четырёх классических колоннах, напоминает более дворянские особняки эпохи классицизма. К стенам со стороны внутренней части двора прилепились небольшие уютные братские корпуса, трапезная, паломническая гостиница, игуменский дом и изящная трёхъярусная колокольня, средний ярус которой занимает храм Первоверховных апостолов Петра и Павла. И хотя судьба не сподобила нам увидеть убранство «тёплого» храма, на колокольню мои спутники поднялись, чтоб полюбоваться открывшейся окрест спокойной и трогательной панорамой и увидеть с высоты птичьего полёта монастырь с его чёткой геометрической внутренней иерархией строений, восстановленных и восстанавливаемых искусными руками братии, трудников и молитвами нынешнего игумена Феофана.

Надеемся вернуться

В монастыре особый шарм и трудно выразимые в словах ощущения, отсутствие ежеминутной суеты современного быта. Уютно примостившись на одной из скамеек, я в полной мере насладилась этой детской безмятежностью. Кто знает, возможно, это как раз и есть то, что зовётся благодатью.

Никольский храм горделиво возвышался в центре монастырской территории в нежном убранстве цветочных клумб и зелёных газонов, затянутых кудряшками травы-муравы, и в истоме пряного аромата макушки лета.

Часы, проведённые в обители, пролетели быстро. Надо было возвращаться. Наша дорога бежала среди полей и мимо деревушек, то поднимаясь на холмы, то простираясь ровной лентой. Впереди – суета города и рутина рабочих дней, в которой остановиться так же трудно, как стать посреди быстротекущей реки. И хотя было грустно, я вспомнила мудрые слова: «Кто надеется вернуться - уходит спокойным». А мы надеемся на новую встречу с удивительным местом под названием Николо-Чернеев монастырь.

 

Фото Светланы Родионовой